«И мы отличали ампир от барокко, как вы в этом возрасте – ели от сосен», – писал поэт, словно бы извиняясь. Ипполитов не извиняется, он искусствовед, ему положено. Он делает свое дело: рассуждает об искусстве – да так увлекательно, что становится понятно, откуда бысть пошел нынешний музейный бум, например, или ставшие вдруг бешено популярными архитектурные прогулки. По какому бы конкретному поводу он ни писал, получается очень убедительно, красиво и осмысленно. Отменно тонко и умно. И хочется немедленно приобщиться, смазав пятки, бежать в музей. Хочется смотреть на мир его глазами. «И мир опять предстанет странным, закутанным в цветной туман.» И достигает он этого словом – в эпоху тотальной смартфонной визуальности вдруг понимаешь, как стосковался по слову, как не хватает слова, а ведь в начале было слово. Даром что искусствовед и пишет в силу этого именно что о визуальном. Читать его – наслаждение, несколько призабытое: belles lettres, в чистом виде.