Сеанс № 89

Весной 2025 года оскаровская церемония подытожила наградной сезон, особо выделив «Анору» Шона Бейкера — фильм, существующий словно поперек основным тенденциям и процессам. Крошечная инди-мелодрама, которая по-новому трактует вечный сюжет Золушки и принца, едва ли может похвастаться особым новаторством или концептуальностью. Картина рождена на стыке простейшего конфликта, щепетильного взгляда на реальность и монтажа этой реальности. Тем важнее выбор киноакадемии — она подошла к полке с призами чуть «слева». В ощутимо «поправевшем» мире, где столько авторов, играющих в большое кино (от «Носферату» до «Бруталиста»), академики предпочли исследователя быта, поднаторевшего в трехгрошовых операх. Амбициозную вертикаль уравновесили горизонталью простой истории; «Анора» стала чем-то вроде тени, отброшенной избыточно большим авторским кино. Оно сегодня старомодно грезит демиургами, масштабами и будущим (идеальный пример тут «Мегалополис»). Но чем выше вертикаль, тем длиннее тень. В центре номера — точка, где тень становится человеком (как в «Субстанции»), место встречи массы и лидера, сюжет айн-рэндовского титана, который рвет социальную сеть человеческого, слишком человеческого.
Главные слова номера: желание, архитектура, власть, одиночество, смерть, двойник, превращение. Его главные герои — Брэди Корбет и Джо Райт, Фрэнсис Форд Коппола и Джошуа Оппенгеймер, Резо Гигинеишвили и Корали Фаржа. Но прежде них Федор Михайлович Достоевский и Франц Кафка, так давно и так точно описавшие знакомую нам современность. Отражениям этих авторов друг в друге, их блуждающим по экранам теням посвящена рубрика «Две вершины» — где от превращенного в сериального героя Кафки мы дрейфуем к истории экранизаций Достоевского Иваном Пырьевым (фундаментальную статью-байопик написала для журнала Любовь Аркус) и поискам призрачных следов романа «Бедные люди» в фильме «Снег в моем дворе». Сосредоточенная на обыденном и внутреннем работа Бакура Бакурадзе еще более, чем «Анора», выбивается из текущего киноконтекста. Тем ценнее отмычки к наличной реальности, которые она дает: это фильм, который отказывается смотреть на мир свысока, который готов каждому протянуть руку и даже обнять.
В финале номера — In Memoriam: мы прощаемся с двумя любимыми режиссерами, Бертраном Блие и Дэвидом Линчем, экстравагантными и такими понятными. На последнего, кажется, нам еще предстоит взглянуть как на великого архитектора, дарившего своим зрителям не просто фильмы и сны, но самые настоящие вигвамы для уединения и встречи с самим собой. Ему мы и посвящаем этот двоящийся номер.