Первая книга новой серии «Дон Жуан» посвящена русскому вкладу в разработку европейского мифа о Севильском Обольстителе. Первое оригинальное произведение, трактующее Дон Жуана как трагическую фигуру свободолюбивого художника, написал на русском языке великий Пушкин (маленькая трагедия «Каменный гость») — он задал масштаб этому «вечному образу» в российском контексте. В XIX веке за пушкинской трагедией последовали философская драма А. К. Толстого, популярные на театре пьесы А. Н. Бежецкого и А. О. Мордвина-Щодро; в XX веке русскую «донжуаниану» пополнили прозаические пьесы А. В. Амфитеатрова и Б. К. Зайцева, в которых сюжету приданы черты пародии и философского эссе, соответственно, стихотворные драмы Н. С. Гумилева и последователя футуристов В. Казакова, отразившие новые грани восприятия героя в лирическом контексте. Особую главу в русское осмысление образа Дон Жуана вписала лирика — циклы К. Бальмонта и М. Цветаевой; стихотворение А. А. Блока «Шаги командора» по праву встало рядом с трагедией Пушкина. Вышедший в знаменитом журнале «Мир искусства» трактат К. Бальмонта о Дон Жуане как мифе Нового Времени во многом объяснил всплеск интереса к легендарному герою в русской литературе начала XX века. Эссе А. Ахматовой о «Каменном госте» Пушкина закрепило за «маленькой трагедией» репутацию непререкаемой «точки роста» российской «донжуанианы». Многие включенные в том произведения не печатались по-русски с момента первой публикации.