Над романом-эпопеей Прокляты и убиты Астафьев работал долго с 1990 по 1994 гг и так и не написал запланированной последней, третьей книги, однако это не помешало произведению стать одним из самых сильных и пронзительных образцов российской военной прозы. Необычно уже само название романа, пришедшее из писаний русских старообрядцев: Все, кто сеет на земле смуту, войны и братоубийство, будут Богом прокляты и убиты. Столь же необычно в этой эпопее все идея войны как наказания Божия, посланного народу за ужасы революции и отказ от веры; предельный реализм в описаниях солдатского быта; удивительно искренний и народный патриотизм, сочетающийся со столь же глубинным и народным неприятием советчины. Ничего подобного в русской военной прозе не было ни до, ни после удивительной эпопеи Астафьева.